Портал государственных услуг
Чувашской Республики


«  Апрель 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
    123
45678910
11121314151617
18192021222324
252627282930








...

Главная » 2016 » Апрель » 20 » Чайковский, Пьяццолла и немного Вивальди
13:28
Чайковский, Пьяццолла и немного Вивальди

Спрятав нос в воротник плаща и надвинув на лоб широкополую шляпу, одинокий господин медленно двигался по пустынным улицам Буэнос-Айреса. Днем было невыносимо жарко, а ночью холодный ветер судестада как обычно принес с океана сильнейший ливень. Мужчина нырнул в маленькую кофейню на углу квартала, заказал порцию горячего гаучо и устроился за столиком у окна. О ком он думал теперь, пересчитывая снующие по стеклу капли?.. В отличие от Петра Ильича Чайковского, подробно иллюстрирующего природу и быт, Астор Пьяццолла уходит от описательности и решает свои «Времена года» как эссе о четырех состояниях души. И даже излюбленное композитором танго – не просто танец, а выразительный художественный прием. Есть в его монотонно повторяющемся аккомпанементе некая безысходность, замкнутость, словно воспаленное сознание героя одолевает роковая мысль.

Автор говорит обобщенными фразами, не заостряя внимание на изобразительных деталях. Но, несмотря на это, пьесы не лишены звуковых эффектов. Струнные голосили то сдавленными писками, то истошными воплями, то визжащим глиссандо, то хрипловатым эхом. Музыкантам Камерного оркестра Чувашии под руководством Сергея Григорьева пришлось овладеть поистине цирковыми приемами игры.  

Укротить своенравную, бьющуюся в агонии штрихового многообразия партию скрипки-соло – все равно что ухватить за хвост птицу счастья. В исполнении лауреата международных конкурсов Ольги Колгатиной (Москва) цикл превратился в непрерывную борьбу. Сухие росчерки смычка сменялись назойливо жужжащими вибрато, запальчивые синкопы вонзались в редкие певучести фраз тысячами кинжалов.

И при всей этой импульсивности – максимальная внутренняя концентрация, словно откровенный разговор с собой. Совсем как во «Временах года» Антонио Вивальди с его преобладанием личностного, когда бури бушевали скорее в душе, нежели в природе. Кстати, он тоже присутствовал на концерте 15 апреля. Пьяццолла умело вкрапил в свою партитуру цитаты из одноименного опуса великого итальянца. Эти выходы за рамки жанра танго, когда его ритмический мотор вдруг замедлял ход, были сравнимы с молитвами Всевышнему.

*              *             *

Подобно тому, как каждую пьесу «Времен года» Чайковского венчает стихотворный эпиграф, исполнение Камерного оркестра сопровождали полотна живописцев, транслировавшиеся на большом светодиодном экране. Зрители Чувашской государственной филармонии стали свидетелями рождения настоящего музыкально-художественного сказа о двенадцати месяцах. Музыканты наполнили фортепианный цикл целой гаммой новых красок, и в транскрипции для струнного оркестра он зазвучал еще сочнее, рельефнее, эмоциональнее. Февраль («Масленица»), Июль («Песня косаря»), Сентябрь («Охота») и Ноябрь («На тройке»), пронизанные бравурными возгласами и перезвонами бубенцов, увлекали нас то на просторы ржаных полей, то в чащи осенних лесов, подернутых золотом и багрянцем, то на шумную ярмарку с игрищами скоморохов, ухающими самоварами и горами румяных блинов. Эффект присутствия был настолько велик, что мы буквально на себе ощущали все прелести русской жизни.

Прозрачная фактура, когда партия каждого инструмента будто просвечена рентгеном, изобиловала тембровыми перекличками. Как, например, настойчивые пререкания скрипки и виолончели в Марте («Песня жаворонка»), струящемся трелями и форшлагами. Также богатством колористической палитры запомнились трепетный Апрель («Подснежник»), знойный Май («Белые ночи»), меланхоличный Июнь («Баркарола») с баюкающими интонациями-покачиваниями и уютный Январь («У камелька») с колкими пиццикато снежинок. Первой весточкой осени обрушился Август («Жатва»), охваченный тревожной ритмической пульсацией, точно болезненным ознобом.

Подлинная жемчужина оркестровки – Октябрь («Осенняя песнь»). Будто печальная беседа скрипки, альта, виолончели и контрабаса вначале, тема постепенно заплывала голосами, врастала в тутти и возвращалась к гнетущему одиночеству. Альт смиренно договаривал истаивающую, льющуюся на последнем издыхании мелодию. Порой она пыталась взлететь, но напрасно. Так бабочка с намокшими под дождем крыльями тщетно пробует подняться к солнцу... А впереди уже ждала награда за все невзгоды и ненастья – Декабрь («Святки»), благоухающий ароматами хвои, шампанского, свежих пирогов из печки и полный праздничных хлопот в ритме вальса.

Мария Митина             

Просмотров: 327 | Добавил: ленка | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]